Посетителям

Водяной — дух, обитающий в воде, хозяин вод. Водяные живут в глубоких ямах на дне рек и озёр, а также под мельницами. Местами люди рассказывают о хрустальных дворцах водяных и о его стадах тучных коров. Обитают водяные и в глубоких местах, опасных для пловцов и плотогонов. Обычно рядом с такими местами ставили церкви.

«В деревне Дмитриевка, близ Красной церкви, находилась мельница. Туда из соседних деревень приезжали мужики молоть зерно. Однажды собрались мужики из соседнего села (Никольское-на-Еманче) на мельницу молоть зерно. Приехали, помололи муки. Погода стояла жаркая, и они решили искупаться в пруду, который находился рядом с мельницей и церковью. Подходя к пруду, они услышали страшный тяжелый вздох, похожий на стон: „О-о-о-х. Подошло время, а обреченного нет“. Этот стон доносился из воды. Когда мужики посмотрели на часы. Было ровно 12 дня. Вдруг раздался топот. Это скакал пастух, который пас неподалеку стадо коров. Мужики решили: „Вот и обреченный“. Пастух слез с коня и бежит к пруду, но мужики его остановили, рассказали, что слышали странный вздох. Тогда пастух решил, что в воду не пойдет, а обмоется водой на берегу. И только водой он полил на себя, как тут же упал замертво. И из пруда донеслось: „Наконец-то!“ Из-за этой истории мужики вернулись домой седыми».

Водяной — хозяин реки или озера, ему подвластны все живущие там рыбы. Бурю на море тоже приписывают водяному. Рассказывают, что во время шторма, чтобы умилостивить водяного, бросали в воду моряка, которому выпадал жребий.

Водяной принимает различный облик. Чаще всего он появляется в образе сома, щуки или другой рыбы, а также человека. В последнем случае ему приписывают то зелёные, то чёрные волосы и кожу как у налима.

«Однажды мужик пошел в лес за ягодами. Он долго бродил по лесу и наткнулся на протекающую здесь речку. Подойдя поближе, он увидел сидящего на берегу старика, одетого во все белое и с длинной седой бородой. Старик поманил его пальцем, мужчина, сам не понимая почему, вдруг стал подходить к нему, будто какая-то сила толкала его вперед. Потом он почувствовал, что падает в воду. Когда он выбрался на берег, то седого старика уже не было, а на том месте, где он сидел, была мокрая трава и лежала тина».

Рыбаку водяной помогает в рыбной ловле, у мельника охраняет запруду. Но когда он разгневан, он рвёт рыбачьи сети, распугивают рыбу, разрушает мельничную запруду, затопляет ульи. Того, кто купается в полдень или ночью, водяной затаскивает в своё царство. Спасать утопающего опасно: водяной может разгневаться и сразу же или через некоторое время утопить того, кто отнял у него жертву. Утопленники становятся работниками водяного, девушки русалками, а нередко и его жёнами.

Овинник или гуменник — дух, живущий в овине, на гумне, оберегающий его и хлеб от всякой напасти и беды. Часто даёт хороший примолот.

Согласно поверьям, овинник имеет вид громадного чёрного кота, величиною с дворовую собаку, с горящими, как уголья, глазами. Однако он может иметь и другие обличья, в зависимости от местоположения: например, в Смоленской области овинник показывается в обличии барана, а в Костромской может принимать вид покойника.

Место обитания овинника — овин или гумно. Впрочем, он может совершать «вылазки», например, в баню: в гости к баннику или в любое другое место двора. В дом овинник никогда не заходит: не может, так как дом является «зоной ответственности» домового, который сильнее овинника.

Овинник смотрит за порядками кладки снопов, за тем, как и когда затоплять овин. Следит, чтобы хлеба не сушили во время сильных ветров. Не позволяет гуменник топить овины и в заветные дни — большие праздники, особенно на Воздвиженьев день и Покров: по старинным деревенским традициям в эти дни овины должны отдыхать. В случае, если крестьянином или крестьянкой будут нарушены эти, веками сложившиеся законы, последствия могут быть самыми печальными: вплоть до смерти «виновника».

«Баба одна захотела в чистый понедельник в овине лён трепать для пряжи. Только что успела она войти, как кто-то затопал, что лошадь, и захохотал так, что волосы на голове встали дыбом. Товарка этой бабы, со страху, кинулась бежать, а та продолжала трепать. Долго, даже домашние начали беспокоиться. Пошли искать и не нашли: как в воду канула. Настала пора мять пеньку, пришла вся семья и видят на гребне какую-то висячую кожу. Начали вглядываться и перепугались: вся кожа цела, на ней и лицо, и волосы, и следы пальцев на руках и ногах».

Впрочем, овинник любит пакостить и без причины. Если ему удаётся навредить мужикам, он хохочет, хлопает в ладоши или лает по-собачьи.

Крестьяне старались не ссориться с овинником, умилостивить его всевозможными способами: более опытные начинают топить, только после того, как попросят у «хозяина гумна» позволения и обязательно благодарят по окончании сезона. В именинные дни гуменника ему приносят пироги и петуха. Петуху на пороге отрубают голову, кровью окропляют все углы овина, а пирог оставляют в подлазе.

«Я маленькая еще была. Мы по овинам-то лазали в Сусае-то, девки-то ворожили. Вон там рассказывали: он, грит, с овина-то все снопы повыкидывал, все. Я щас припомню — мне было лет семь-восемь, в аккурат было Рождество. Девки пошли туда, залезли в этот овин-то, он, грит, такой чумазой вылазит. „Вы зачем сюда пришли?“ А они, грит, бежать, а он за ними. Они кто с визгом, кто в обморок попадали там, а потом в деревне-то в аккурат какая-то свадьба была. Колокольчики-то побренчали, он исчез. Ой, они боялися»!

Черти — низший разряд нечистой силы; в житиях святых они предстают искусителями отшельников, монахов и других христиан, а в изображениях Страшного суда их рисуют с рогами и хвостом.

Людям чёрт является обычно в человеческом облике, иногда — в образе животных и даже вещей. Обычно он не способен на злодейство, но старается причинить человеку мелкие неприятности. Но иногда может довести человека и до смерти. Он стремится также уговорить человека заключить с ним договор, по которому душа человека после его смерти достанется нечистой силе.

«Ночевала как-то у меня женщина. Она за Чердынью жила, а здесь с машинкой швейной робила. Так у нее мужик умер. Вот живет она так одна вроде, а как по корову пойдет, одна всё, так за ней ее мужик идет. Так и ходил. А в двенадцать часов ночи ветер задует, и он в избу идет. Его никто не видел, кроме нее. Даже свекор и свекровка не слышали, как она ему дверь открывала. Он ей наказывал никому не сказывать про него. Раз жали они всей деревней. Женщина эта подавальщицей была. Он пришел и говорит: „Зачем про меня сказала?“ И начал давить ее. Вцепился в горло, она кричать не может, катается по земле. А его-то никто не видит. Тут мимо соседка проходила, увидела ее и свекру сказала, что с ней что-то неладно. Свекр пришел. Спугнул его, видно. Ее пускать никуда одну не стали. Так она его в окно не раз видела, грозился задавить ее. Потом свекр службу в церкви заказал, поп отслужил, и тот ее отпустил».

«У нас Тименская тут деревня. У одной мужика взяли в армию. Его забрали, а она об ём переживает. „Вот был бы Артёмушко, а то ведь мне надо жить как-то. Где ко щас голодует всё, бедный“. И он по дороге через Орловскую к ей пришел. Вечером поздно. Месяц был, светло, грит, светит. И чё-то об ём подумала, а он уж кричит ей: „Анфиса! Перевези меня!“ Из-за реки перевези, дескать. Ну она радешенька: Артём-от пришел! И — раз! — со всех ног бросилась на реку, весло схватала — и в лодку. Повезла его на свою сторону переводить. Смотрит: перед ней сидит, а тени нет. Так догадалась — что чёрт, значит. Ну она вытерпела, гребла. Когда на свой-от берег выехали, она у берега-то остановилась, воскресну молитву стала читать. Он говорит: „Хитра стерва! Ты бы мне в реке, я бы тебя перевернул“. И всё — потерялся».

Чёрт смертен, он может быть убит молнией. Поэтому в грозу чёрт в страхе прячется за различные предметы — за деревья, дома, даже за человека. Но стрела Ильи-пророка — молния — находит его и там убивает, обычно вместе с тем человеком, позади которого он спрятался.

«А вот рассказывают, в войну было. Правда — нет, не знаю. Слышала. Все мужики на фронте. Бабы собрались и говорят: „Хоть бы наши мужики пришли“. Они и пришли. Сели за стол. У одной бабы ребенок ложкой играл и уронил ее под стол. Баба стала поднимать, залезла под стол и увидела конские ноги. Испугалась, на печку залезла и просидела там. А тех баб задавили, за столом которые сидели».

Фараонки — полурыбы-полудевы. Согласно легенде, они произошли от египтян, утонувших в море при погоне войск фараона за Моисеем и евреями во время Исхода. Их кони превратились в полуконей-полурыб. Это проклятые погибшие люди с глухим и хриплым волшебным голосом, которым суждено оставаться в таком обличье до конца света.

Вот как это описано в сказании XVII века: «...люди фараона обратишася рыбами», «у тех рыб главы человеческие, а тулова нет, токмо ед глава, а зубы и нос человечи; а где уши, тут перья, а где потылица, тут же и не яст их никтоже». Обратились рыбами и оружие, кони воинов: «...а на конских рыбах шер конская, а кожа на них толста на перст, ловят их и кожи в них снимают тело мечут, а в кожах переды и подошвы шьют; а воды те кожи не терпят, а в сухоноско, на год станут».

«Рассказывают, что фараонки «выныривают из воды при виде корабля и кричат „Фараон!“, хватаются за корабль ручищами и спрашивают „Когда Страшный суд?“ — „Завтра“ иль-бо „Послезавтра“, — скажут с корабля, чтоб только отвязаться. Ну и отстанут, а без того ни за что не отстанут, такие привязчивые, право. Им, вишь, узаконено жить в море до преставленья света. Тогда, вишь, их рассудят с царём фараоном: из-за него погибли и сделались получеловеками».

Русалки — духи женщин умерших неестественной смертью или некрещёных и мертворождённых детей.

Русалок обыкновенно представляли в виде женщин, большей частью молодых и красивых. В противоположность веселым и шаловливым южным русалкам, северорусские русалки — злые и мстительные существа, «растрепы и нечесы: бледнолицые, с зелеными глазами и такими же волосами, всегда голые и всегда готовые завлекать к себе только для того, чтобы без всякой особой вины защекотать до смерти и потопить. Встретить русалок можно на Троицкой неделе в лесах, полях и близ водоёмов.

«Сказывают, в лошине допреже прудок был небольшой, только дюже глубокий; ну, и утопла в нем одна женщина. Теперь и ходит ночами по лощине, плачет тонким голосом; сама в белой рубахе, косы распущены и как кого увидит, к себе манит. Видно, нет ей спокою: она вен, неотпетая и без покаяния кончилась. Утопла она Великим постом, а как пошла полая вода, снесло весь пруд в речку, ее и не нашли. Бывает еще: вылезет она на край лощины, сядет и плачет. Много кто у нас ее видел. Даже собаки хвост подожмут, брехать на нее зачнут, выть, только близко к ней не подходят- Нехорошо тут у нас от нее в лощине: жуть какая берет, ежели ночным делом мимо идти».Оставляя с Троицына дня воды и рассыпаясь, вплоть до осени, по полям, перелескам и рощам, русалки выбирают себе развесившуюся склонившуюся над водою иву или плакучую березу, где и живут. Ночью, при луне, которая для них ярче обычного светит, они качаются на ветвях, аукаются между собою и водят веселые хороводы с песнями, играми и плясками. Где они бегали и резвились, там трава растет гуще и зеленее, там и хлеб родится обильнее.

В Костромской губернии русалок, или как их ещё называли «чертовок» встречали, например, на деревенском плоту, на котором белье моют: они сидели и расчёсывали волосы.

«За деревней за нашей перекресток: одна дорога прямо в город, — ну тут и случается всё нехорошее. Шел как-то мужнин брат двоюродный в город. Дело к ночи было, месяц уже вставать стал. Подходит он к перекрестку, глядь: девушка сидит на меже и волосы чешет, а сама плачет». Девушка сказала, что она сбилась с дороги. Пошли они вместе. А она уж веселая такая стала, песни играет, да так шибко идет: ему за нею не поспеть. И не чудно ему, что она песни играет, — прельщать уж она его стала, — только никак ее не поймать. Подошли к ржаному хрестцу, — она как захохочет, за хрестец сигнула и пропала. Он ее искать. Слышится ему то за этой, то за энтой копной ее голос, — опять уж она плачет. Так до зари и проискал... Оказался он за городом по энту сторону за 30 верст».

Леший — дух-хозяин леса. По сравнению с другой нечистой силой, леший по своей природе ближе всех к человеку. В русских заклинаниях и заговорах его обычно называют «лес праведной». Леший отличается от людей только тем, что у него синяя кровь и нет ни бровей, ни ресниц. Кроме того, он не отбрасывает тени. По своей воле леший может уменьшаться и увеличиваться: в поле он как трава, а в лесу — ростом с лес. Нередко он принимает облик разных животных.

Леший любит подшутить над человеком — обведёт его, отнимет память, а человек потеряет дорогу и заблудится в лесу. Обманув человека, он радуется, громко смеётся и хлопает ладоши. Однако ни один зверь не тронет сбившегося с дороги человека, потому что он находится под защитой лешего. Заблудившись в лесу, человек должен вывернуть бельё и одежду и надеть лапти не на ту ногу, тогда он легко отыщет дорогу из лесу.

«Нашински мужики не однова в лесу Лешего видали, как в ночное ездили. Он месячные ночи больно любит: сидит, старик старый, на пеньке, лапти подковыриват, да на месяц поглядыват. Как месяц за тучку забежит, темно ему, знашь, — он поднимет голову-то, да глухо таково: "Свети, светило",- говорит».

Лешему послушны все лесные звери, и нередко он проигрывает их в карты своим соседям, особенно зайцев и белок. Именно этим народ объяснял массовые миграции зверей.

«А то раз заночевал человек в лесу. Сидит у костра да шаньгу ест. И вдруг слышит и треск, и гром, идет кто-то. Посмотрел это он, а лесовик идет, а перед им, как стадо, и волки, и медведи, и лисы бегут. Так и лоси, и зайцы, и всякое зверье лесное. Как же он испугался — и, Боже мой, а тот к нему подходит: „Что,- говорит,- человек, шаньги дай кусочек“.

Дал он ему шаньги половину. Тот давай ломать да зверям давать, так и шаньга у него не меньшится. И волки сыты, и медведи сыты, и зайцы сыты. Вот лесной и говорит: „Ты домой иди, не бойся, если волки тебя стретят, ты им скажи: шаньги моей кушали, а меня не трогайте“. Ну, он и пошел, а звери за ним. Тот человек тоже домой пошел — жила у него вся дрожала. А бегут ему навстречу волки, таки страшенны — сейчас съедят. А он и скажи: „Мою шаньгу кушали, а меня не троньте“. Ну, они и убежали. Так он и домой пришел. И зверя никакого не боялся».

Уберечься от лешего нетрудно: он боится лутошки, то есть очищенного от коры сухого липового полена. Боится он также соли и огня. Матерная брань тоже защищает от лешего, а свист в лесу, ему наоборот нравится.

«Однажды муж и жена взяли своего ребенка на сенокос, а вечером забыли о нем и пошли домой. Хватились ребенка, они побежали обратно, но его нигде не было. Рядом был лес. Родители вошли туда и увидели лешего, который нянчил их малыша, но при виде людей исчез вместе с ребенком».

Кикиморы — это женщины, унесённые в младенчестве чертями и посаженные колдунами на несколько лет к кому-нибудь в дом. Народные поверья также производят кикимор от умерших «неправильной» смертью, например, некрещёных или убитых детей или самоубийц и др.

Кикимору описывали как низенькую скрюченную неряшливую и безобразную старушку, длиннокосую девушку или женщину, как маленькую девочку или даже как мужика или старика. Согласно различным другим описаниям кикимора может быть очень мала и тонка, с большой головой, длинными руками, короткими ногами, у неё выпученные глаза, мохнатые лапы, есть рожки, хвост, она покрыта перьями или шерстью. Кикимора могла представать и в образе животного.

Плотники, когда им как следует не заплатят за работу, говорят, сажают в дом кикимор. Тогда она может ломать всё в доме, шуметь, стучать и даже самого хозяина выжить из дома.

Обычно они невидимые, но некоторые из них иногда говорят с хозяевами и обыкновенно прядут по ночам, и хотя не делают никакого вреда, но наводят страх своим неугомонством.

«Мама пряла. Они с отцом спали на кровати, а мы на подстилке — все ребятишки. Так вот, мы спали, я приоткрыла глаза, вижу: идёт маленькая бабка в сарафане и рубахе, в платочке. Подходит, берёт прялку и начинает прясть, потом пошла».

Кикиморы могут мешать спать и пугать различными звуками. Досаждают маленьким детям, наваливаются и душат по ночам, кидаются различными предметами, роняют и ломают вещи, вырывают или выстригают во сне волосы у людей, шерсть у скота, перья у домашней птицы. Про кикимору в своих произведениях упоминал и кологривский художник и писатель Ефим Честняков:

«...и Кикимора тоже в голбце да в подполье, и на подволоке, и под подволокой. — А какая она? — Седая. Кикимора — тоже ходит везде, на седале кур ощипывает. Когда керкают курицы ночью — это Кикимора. А ежели пряхи оставят дело не благословясь — кудель прядёт, только шерготок стоит: «Шур-шур-шур...»

Домовой — домашний дух, покровитель дома. Связан с огнём и очагом, поэтому обитает чаще всего под печкой. На севере России домового поселяли обычно в подполе, но и там он жил в углу, где стоит печь. Если хозяин уходил из дома, то для того, чтобы вместе с ним не ушёл домовой, печь загораживали ухватом или закрывали заслонкой, а при переезде в новый дом домового перевозили на помеле или на деревянной лопате, которой сажают хлеба в печь.

О происхождении домового рассказывают две разные легенды. По одной из них ангелы, которых бог прогнал с небес, попадали на землю в разных местах: кто упал в воду — стал водяным, кто в лес — лешим, а кто в дом — превратился в домового. По другой версии домовой — это человек, умерший без покаяния.

Домовой чаще невидим, а если показывается людям, то приняв облик хозяина дома — живого или мёртвого или же выглядит как старик с длинными седыми спутанными волосами. Нередко домовой появляется в образе различных животных — кошки, собаки, коровы или бычка, а иногда змеи, крысы или лягушки.

«Однажды убили змею в доме, пол тут же сметаной покрылся, а вскоре после этого трое из семьи умерли. А в другом доме убили крысу, и там пали все коровы».

Домовой, в общем-то, не злой, но иногда сердится на людей и мстит им — ночью стучит, щиплет спящих, и даже выгоняет людей своими проделками из дому. Например бьёт посуду, выбрасывает кочергу и кирпичи из печки. Обычно это происходит тогда, когда в доме при старом домовом появляются новые хозяева или когда кто-то со зла пускает в дом чужого домового.

Но прежде всего — домовой сторожит дом и скотину и оберегает их. Вот, например, рассказ из Владимирской губернии:

«У нас четыре коня было. Одного-то невзлюбил домовой, и всё. Утром приходят мужики: у всех коней овёс насыпан, гривы заплетены (он им косички мелкие-мелкие плетёт). А этот вспаренный весь, храпит. Ну, решили мужики подкараулить его. Взяли, подвесили дырявое ведро под овёс, а сами за скирдой спрятались. А домовой пришёл, стал овёс насыпать, а ведро дырявое. Он как кинет его в скирду, в мужиков. Ох, перепугались они и убежали».

Банник или банный — это дух, который обитает в бане. После того, как в бане вымоются три пары, наступает очередь банника, он моется в тот же вечер четвёртым, и мыться кому бы то ни было другому в это время опасно. Считается, что в лучшем случае банник напугает моющегося, сбросив с печи камни, а в худшем — сдерёт с него с живого кожу.

«Вот мне рассказывали: жила тут девка одна — вон, где угор сейчас. Ну и пошла она однажды баню топить. Только-от топить-то начала, слышит, голос какой-то ей говорит: „Топи баню жарче, чтобы кожу снимать ловчее!“ А она, глупая, баню дальше топит. Вот вытопила баню-то, пошла та девка с матерью. Ну, вымылись оне, вышли уже. Девка-то и говорит: „Обожди, я поводник там оставила. Пойду заберу“. Мать ей отвечает: „Да брось ты его. Завтра возьмешь“. Та не послушалась, всё одно в баню вернулась. Вот мать-то подождала ее да кричит: „Где ты долго?“ А та отвечает: „Сейчас, сейчас!“ Сама из бани-то не выходит. Мать опять ей кричит: „Где ты долго там?“ Девка-то опять ей: „Сейчас, сейчас!“ Три раза ее мать звала, а потом видит: плохо дело. Она мужиков-то в баню и послала. Они вошли туда, видят: девка-то наполовину уж ободрана. Черти-то ее предупреждали же, не послушала».

Для банника оставляют в бане веник, кусочек мыла и немного воды в бочке. Когда впервые топят новую баню, то бросают сверху на печь соль. По народному поверью, банник может быть и женского пола, однако чаще всего его представляют себе чёрным, мохнатым, злым мужиком.

«У моего двоюродного брата в бане черти мылись. Давно это было. Вот налили горячей воды, взяли веник и давай париться. Он из клуба шел, услышал, что гремит в бане что-то, заглянул, а там такие волосатые с хвостами. Он испугался и убежал. Потом пришли в баню, а в тазике вода и веник чуть живой».

«Полудница — красивая высокая девушка, одетая во все белое. Летом, во время жатвы, она ходит по полосам ржи и — кто в самый полдень работает, тех берет за голову и начинает вертеть, пока не натрудит шею до жгучей боли. Она же заманивает в рожь малых ребят и заставляет их долго блуждать там». Так рассказывали про полудницу в Пошехонском уезде Ярославской губернии.

Полудница расхаживает по межам и волнует цветущую рожь. Крестьяне, не желающие рассердить ее, не выходили в полдень в поле, на межи. Забота о том, чтобы угодить полуднице, доходила в былое время до того, что крестьяне в полдень забирались в избы, закрывали окна и сидели тихо; детей в течение нескольких дней, пока цветёт рожь, не выпускали в полдень на улицу. А ещё именно полудницам приписывали солнечные удары.

Тем не менее, полудницы бывают и злые, и добрые. Добрая — закрывает в полдень громадной сковородой хлеб и травы от палящих лучей солнца, а злая — оборачивает сковороду другой стороной и прижигает хлебные зёрна и цвет трав.

Место проведения: Музей деревянного зодчества («Костромская слобода», ул. Просвещения, 1Б).

Минимальная группа — 15 человек.

Мастер-класс + экскурсия
Продолжительность — 1,5 часа
Стоимость — 750 руб./чел.

Телефон для записи и справок: 8(4942)51-38-29.